Интервью с основателем издательства Taschen
Тридцать пять непрерывных лет в издательской индустрии, его книги продаются каждые две секунды по всему миру, знаменитый издатель Бенедикт Ташен— человек, который овладел искусством издательской деятельности и в то же время либерализовал бизнес-книги и рынок.
Бизнес империя Ташена началась в 1983 году с приобретения 40 000 оставшихся копий книги о Рене Магритте, которые он перепродал с хорошей прибылью на рынке элитных книжных магазинов в его родной Германии. Так Ташен обнаружил нишу, которую успешно эксплуатировал в последующие годы.
Книги по искусству всегда были очень дороги для широкой аудитории, издательство Taschen сумело приблизить их к потребителю благодаря привлекательной цене и интересному контенту. Кстати, такая формула успеха не помешала немецкому издательству установить своеобразный рекорд XX века – уникальный фотоальбом «Сумо» Гельмута Ньютона был продан на аукционе за более чем 300 тысяч долларов.
Издательство делает ставку на образованных людей, стремящихся приобщиться к культуре и искусству. Сегодня Taschen выпускает самую разнообразную продукцию, переведенную на более чем двадцать языков – от недорогих книг с интересным содержанием до потрясающих альбомов, которые могут стать достойным украшением любой библиотеки.
В этом интервью знаменитый издатель Бенедикт Ташен расскажет о его жизни и работе.
Taschen — очень необычное издательство. Вы одновременно публикуете коллекционные издания, коммерческие и классические, охватывая весь рынок. Как вы начали свой путь? Как вы, наверное, знаете, когда мы начали у нас были только самые недорогие книги - на тот момент 9,95 немецких марок или долларов. Такое начало было довольно успешным в то время. Затем мы опубликовали несколько других книг по цене 30 и 50 долларов, и выпустили очень большую книгу Хельмута Ньютона. Это позволило нам заполнить все ценовые сегменты. Наша идея заключает в том, что большие книги мы выпускаем без фиксированного бюджета, главное чтобы были покрыты все расходы. Их скупают коллекционеры, а потом с годами мы просто урезаем формат книг, и они становятся все меньше, меньше и меньше. Это отлично работает, каждый может наслаждаться одной и той же книгой, но по разной цене.
Читатели, покупающие небольшие версии книг, будут счастливы, потому что за небольшую сумму денег они получают лучший контент – но как к этому относятся коллекционеры? Мы сообщаем об этом открыто с самого начала, что большая версия нуждается в маленькой и наоборот. Без одного ты бы не справился с другим. Мы вкладываем столько же сил и времени в книгу за $ 10, как и за $ 400, таким образом каждый клиент не чувствует себя обманутым.
Какое количество коллекционеров вашего издательства? В общей сложности около 10 000 человек по всему миру коллекционируют наши книги. Мы каждый день стараемся развиваться и постоянно меняться, чтобы радовать как можно больше людей своими книгами о прекрасном.
Вы получаете спецзаказы на книжные проекты от коллекционеров? Время от времени, но в основном коллекционеры любят все, что мы когда-либо делали, например, старые каталоги…им интересен любой наш продукт из прошлого.
Вы храните все, что когда-либо публиковали? К сожалению, нет, потому что у нас разные издания, и я перестал это делать. Для этого необходимо много места; не то, чтобы у меня нет места, но каждый день я получаю пару новых книг, новых изданий. Сложно хранить каждое. Но у меня есть по одному коллекционерскому изданию для каждого из моих детей – правда они об этом еще не знают.
Являются ли культурные различия проблемой? Безусловно. Например, у нас было большое книжное издание Rolling Stones в Гонконге, и мы продавали максимум одну или две книги. Просто потому, что люди в Гонконге не знают Rolling Stones. На всех рынках есть существенные различия, здравый смысл и общий фон.
Каковы были ваши самые большие препятствия на протяжении этих 30 с лишним лет? Самое большое препятствие – как оставаться в бизнесе. Потому что мир постоянно развивается и меняется.
Вы однажды сказали, что то, что вы производите, не может быть искусством. Почему, что для вас искусство? Искусство очень редкое, в этом его магия. А я не художник, но у нас есть ремесленники, которые умеют производить книги. Мы больше промоутеры или менеджеры художников. Мы просто стараемся, чтобы они выглядели хорошо.
Может быть, вы слишком скромны? Нет. Книга очень сложна в изготовлении, производство – это длинная цепочка, и нелегко разработать продукт, который станет особенным.
Так будет ли книга о вас? Ах, я так не думаю.